Джордж Оруэлл в своем эссе размышляет о положении писателя в эпоху, когда общество одержимо политикой, а любое творчество неизбежно окрашено идеологическими пристрастиями. Он отмечает, что вторжение политики в литературу стало неотвратимым из-за чувства вины современного человека перед лицом мировых несправедливостей и жестокости. Однако беда заключается в том, что, признавая свою общественную ответственность, авторы добровольно сдаются на милость ортодоксальных доктрин и партийных подходов. Писатель постоянно испытывает страх перед мнением своей группы, будь то левое движение, консерваторы или католики. Оруэлл подробно разбирает доминирующую левую ортодоксию своего времени, указывая на ее внутренние противоречия и нежелание сталкиваться с суровой экономической реальностью.
Когда политические лозунги расходятся с фактами, сторонники доктрины предпочитают закрывать глаза на правду, создавая атмосферу интеллектуальной нечестности. Любое слово, оканчивающееся на «изм», неизбежно несет в себе душок пропаганды. Верность знамени необходима в политической борьбе, но для литературы она губительна. Писатель, подчиняющий свою личность партийной машине, фактически совершает творческое самоубийство, так как подлинное искусство требует независимого взгляда и отшельничества ума.
При этом Оруэлл категорически отвергает идею отгородиться от мира в башне из слоновой кости. Писатель должен участвовать в жизни общества как обычный гражданин — распространять листовки, агитировать или даже сражаться, но в своей творческой работе он обязан полностью отделить литературу от партийной службы. В финале автор приходит к выводу, что политика почти никогда не предлагает выбор между добром и злом, требуя лишь меньшего зла. Полноценная личность обязана участвовать в общественной жизни, но при этом сберечь свой внутренний голос неприкосновенным, отказываясь обманываться ради удобных мифов.