Лондон будущего живет под надзором Большого Брата. Мониторы передают приказы и следят за людьми, Полиция Мысли карает за нелояльность, а партийные лозунги требуют принимать противоречия как истину. Уинстон Смит, служащий Министерства Правды, ежедневно исправляет газеты и документы: прогнозы вождя становятся безошибочными, прежние обещания исчезают, а людей, объявленных врагами, вычеркивают из истории.
Уинстон тайно начинает дневник. Он не уверен даже в точной дате, но помнит, что Океания недавно была союзницей Евразии, хотя официальная версия это отрицает. Однажды ему попадается фотография трех партийных деятелей, осужденных за измену: снимок подтверждает, что в день предполагаемой встречи с врагом они находились в Нью-Йорке. Уинстон уничтожает доказательство, однако случай убеждает его, что память может сопротивляться подделке, пусть ее и невозможно предъявить другим.
В Министерстве он знакомится с Джулией, сотрудницей Художественного отдела. Сначала Уинстон считает ее фанатичной сторонницей Партии и опасается слежки. Получив от нее записку с признанием в любви, он узнает, что Джулия тоже ненавидит режим. Они тайно встречаются за городом, а затем снимают комнату над лавкой старьевщика. Для Уинстона близость становится не только личным счастьем, но и отказом от попытки Партии подчинить чувства и частную жизнь.
Их сопротивление различается. Уинстона мучает вопрос, как власть превращает ложь в единственную доступную версию прошлого. Джулия меньше интересуется идеологией и предпочитает нарушать правила там, где это можно скрыть. Он надеется на массовый бунт пролета́риев, составляющих большинство населения, но видит, что их недовольство редко складывается в общее понимание происходящего. Джулия же не верит в организованное сопротивление и рассчитывает лишь на отдельные тайные поступки.
Уинстон и Джулия сближаются с О’Брайеном, влиятельным членом Внутренней Партии, которого Уинстон давно считал возможным противником режима. О’Брайен подтверждает существование Братства и передает Уинстону книгу Эммануэля Гольдштейна. В ней объясняется устройство общества, где война, дефицит и невежество помогают удерживать власть. Размышления книги соединяются с опытом Уинстона: официальная картина мира поддерживается постоянным переписыванием документов и привычкой людей отказываться от собственных воспоминаний.
Во время Недели Ненависти враг внезапно меняется: Океания объявляет войну Востазии и союз с Евразией. Толпа мгновенно переключает ненависть, а сотрудники Министерства переписывают архивы, чтобы новая версия выглядела неизменной. Уинстон участвует в этой работе, хотя понимает, что уничтожает следы того, что сам еще недавно видел. Роман прослеживает, как надзор и фальсификация проникают в личную жизнь, память и язык, и оставляет открытым главный вопрос Уинстона: может ли человек сохранить собственное представление о реальности, когда все свидетельства вокруг подчинены власти?
