Это интервью, опубликованное летом 2007 года в журнале Der Spiegel, стало своеобразным духовным завещанием Александра Солженицына. В беседе с журналистами писатель подводит итоги своих многолетних размышлений о российской истории, коммунистическом прошлом и перспективах государственного устройства. Солженицын не просто анализирует политические события, а пытается осмыслить их через призму нравственности, личной ответственности и горького опыта XX века.
Значительная часть беседы посвящена оценке постсоветского периода. Писатель критически отзывается о правлении Горбачева и Ельцина, называя их действия безответственными, но при этом сдержанно оценивает усилия Владимира Путина по восстановлению государственной вертикали. Он подчеркивает, что Россия — страна, пережившая катастрофу, которой нужно время для выздоровления, и предостерегает от поспешных выводов, навязываемых извне.
Солженицын возвращается к теме революции 1917 года, настаивая на том, что большевистский переворот не был органичным продолжением российской жизни, а стал трагическим изломом, разрушившим хребет нации. Он вновь призывает к осознанному покаянию, считая, что только признание собственных ошибок способно вывести народ из состояния ностальгии по советскому строю и избавить от озлобленности.
Особое внимание уделяется отношениям России и Запада. Писатель отмечает, что взаимное непонимание проистекает из иллюзий: Запад ожидал от России немедленного принятия западных демократических лекал, а Россия столкнулась с прагматизмом и цинизмом западной политики. Тем не менее, он выражает надежду на то, что в будущем страны смогут прийти к партнерству, основанному на признании исторической реальности.
В разговоре затрагиваются и вопросы веры, роли Церкви и будущего русской литературы. Солженицын защищает Церковь от обвинений в огосударствлении, напоминая о ее тяжелых потерях в XX веке и постепенном обретении голоса. Он также отмечает, что современная литература переживает период смены интересов, где на смену художественному вымыслу приходит документалистика и литература факта, отражающая потребность общества в правде.
Завершая беседу, писатель рассуждает о смерти, воспринимая ее не как финал, а как естественную веху. В его ответах чувствуется не только мудрость человека, прошедшего через лагеря и изгнание, но и спокойное принятие прожитого пути. Это глубокий интеллектуальный диалог, который помогает лучше понять позицию одного из главных мыслителей прошлого столетия по ключевым вопросам русской судьбы.
