В «Славянской книге проклятий» Александр Бушков продолжает развивать идеи, заложенные в его цикле «Россия, которой не было». Автор ставит под сомнение официальную историографию, утверждая, что многие события прошлого были искажены или намеренно фальсифицированы. Бушков выступает не как кабинетный ученый, а как въедливый исследователь-популяризатор, который опирается на логику и детективный метод, чтобы разгадать исторические загадки. Он критикует механическое повторение мифов, которые кочуют из учебника в учебник, и призывает читателя самостоятельно анализировать первоисточники.
Центральная часть книги посвящена пересмотру ключевых этапов становления российской государственности. Автор скептически относится к каноническим описаниям Крещения Руси, указывая на противоречия в летописных свидетельствах и предлагая альтернативные версии распространения христианства. Особое внимание уделено периоду, который традиционно именуется «татаро-монгольским игом». Бушков выдвигает провокационную гипотезу о том, что никакого нашествия иноземных кочевников из Центральной Азии не было, а события того времени — это результат ожесточенной гражданской войны между русскими князьями, где «ордынцы» выступали как одна из сторон конфликта, а не как внешние захватчики.
Автор также исследует феномен «проклятий» и мистических совпадений в истории, анализируя судьбы польских королей и князей, чьи жизни оказались связаны с трагическими событиями прошлого. Бушков мастерски препарирует исторические мифы, будь то легенды о «гнилой интеллигенции», мифы о Второй мировой войне или загадки происхождения великих личностей, таких как Христофор Колумб. Он показывает, как недостаток информации, политическая конъюнктура и ошибки переводчиков создавали ложные исторические конструкции, которые впоследствии принимались за истину.
Книга пронизана духом интеллектуального бунтарства. Бушков не стремится никого обидеть или оскорбить чувства верующих, но он категорически отказывается следовать «авторитетам», если их выводы противоречат здравому смыслу. Финал исследования подводит читателя к мысли, что история — это не застывший гранитный памятник, а живой процесс, требующий постоянного переосмысления. Автор мягко подводит к выводу, что многие наши представления о прошлом — лишь удобные декорации, скрывающие куда более сложную и порой пугающую реальность, которую еще предстоит открыть тем, кто не боится задавать неудобные вопросы.
