В этой работе Эрнст Кассирер ставит перед собой амбициозную задачу: преодолеть фрагментарность «кантовской филологии» и восстановить живое, цельное видение критической системы Канта. Автор убежден, что чрезмерное внимание к деталям и поиск противоречий в текстах Канта мешают увидеть главное — единство его философского замысла. Кассирер предлагает вернуться к пониманию Канта, которое было близко Шиллеру и Вильгельму фон Гумбольдту, где философия предстает не как агрегат разрозненных тезисов, а как стройная и замкнутая система.
Центральной темой исследования становится вопрос о взаимосвязи «формы жизни» и «формы учения» Канта. Кассирер утверждает, что личность философа и его творчество неразделимы: кантовская индивидуальность, его стремление к всеобщему и объективно необходимому, находит свое прямое отражение в структуре его критической системы. Автор сознательно отказывается от анекдотичных подробностей биографии, фокусируясь на тех чертах характера, которые обусловили оригинальность кантовского мышления.
Значительная часть книги посвящена полемике с Мартином Хайдеггером. Кассирер подвергает критике хайдеггеровскую интерпретацию «Критики чистого разума», считая, что она искажает суть кантовского проекта, превращая его в экзистенциальную метафизику. Для Кассирера Кант остается прежде всего мыслителем Просвещения, чья философия направлена на обоснование объективного научного познания и моральной автономии человека.
Автор подробно прослеживает путь Канта от ранних естественнонаучных работ до формирования критической системы. Он показывает, как Кант постепенно переходит от описания природы к исследованию самих условий возможности познания. Кассирер подчеркивает, что кантовский «трансцендентальный метод» — это не просто логический прием, а воплощение научной философии, которая понимает учение Канта как постоянно действующую жизненную силу, а не как исторический артефакт.
Книга также затрагивает проблему метафизики, которая для Кассирера является не набором догм, а выражением постоянной задачи философии. Он анализирует, как Кант трансформирует традиционные метафизические вопросы, переводя их в плоскость критического исследования разума. В финале автор подводит читателя к мысли, что истинное величие Канта заключается в его способности соединить строгость научного метода с глубоким пониманием человеческого назначения, утверждая примат разума и свободы в мире явлений.
