В своей работе «Теория и история» Людвиг фон Мизес ставит перед собой задачу определить границы познания в общественных науках. Основной тезис автора заключается в необходимости методологического дуализма: Мизес настаивает, что методы естественных наук, основанные на поиске количественных констант и предсказании, принципиально неприменимы к изучению человека. В отличие от атомов или планет, человек обладает разумом, целями и способностью к обучению, что делает его поведение уникальным и непредсказуемым в строгом научном смысле.
Мизес подвергает жесткой критике позитивизм, сциентизм и марксистский диалектический материализм, называя их ложными альтернативами. Он утверждает, что попытки превратить экономическую теорию в подобие физики через эконометрику и статистику ведут к потере сути человеческой деятельности. Для Мизеса экономическая наука — это логическая дисциплина, дедуцируемая из аксиомы целеполагания, а не эмпирическая наука, основанная на сборе данных.
Книга детально исследует природу ценностных суждений. Автор подчеркивает, что ценности субъективны и изменчивы, поэтому не существует «абсолютных» критериев, которые могли бы быть установлены научным путем. Мизес критикует доктрину «предвзятости», показывая, что обвинения экономистов в защите интересов определенных групп часто являются лишь способом уйти от рациональной дискуссии, когда оппоненты не могут опровергнуть логические выводы теории.
Особое внимание уделяется критике философии истории. Мизес разоблачает попытки марксистов и других коллективистов представить историю как предопределенный процесс, направляемый «материальными производительными силами». Он доказывает, что идеи и человеческий выбор первичны по отношению к материальным условиям, а не наоборот. Автор последовательно защищает либеральный порядок, рыночную экономику и частную собственность как единственные институты, позволяющие осуществлять экономический расчет и поддерживать общественное сотрудничество.
В завершающих главах Мизес рассматривает проблему детерминизма и материализма, утверждая, что попытки свести человеческое мышление к физиологическим процессам остаются метафизическими спекуляциями, не имеющими доказательной базы. Книга подводит итог многолетней работе мыслителя, предлагая читателю философский фундамент для понимания экономики как науки о свободном, действующем человеке.
