Алексей Федорович Лосев в своем произведении «Самое само» предпринимает попытку пробиться к первоосновам бытия, минуя привычные рационалистические схемы. Автор ставит фундаментальный вопрос: что делает вещь именно той, чем она является? Его мысль последовательно отвергает поверхностные определения, основанные на ощущениях, мыслимости или материальном составе. Лосев утверждает, что ни материя, ни форма, ни их механическое соединение не раскрывают подлинной сущности предмета. Для него вещь — это нечто большее, некая абсолютная индивидуальность, которая ускользает от любого аналитического определения.
Основная идея автора заключается в том, что вещь определима только из самой себя. Лосев вводит понятие «самого само» — той невыразимой, сверхмыслимой сердцевины, которая делает предмет уникальным и неповторимым. Он убедительно показывает, что наши попытки описать реальность через признаки лишь удаляют нас от самой реальности. Автор анализирует, как человек, мир и даже божественное присутствие ускользают от попыток их «разложить» на составляющие, подчеркивая, что любая вещь — это символ, допускающий бесконечное количество интерпретаций, но не исчерпываемый ни одной из них.
Лосев переходит от анализа отдельных предметов к глобальному осмыслению бытия. Он показывает, что любая попытка познать «самое само» сталкивается с антиномией: мы стремимся к выразимому, но именно это выразимое и скрывает от нас подлинную сущность. Автор не останавливается на абстрактных рассуждениях, перенося проблему в плоскость человеческого общения и восприятия мира. Он утверждает, что мы общаемся не с «признаками» другого человека, а с его невыразимой личностной глубиной, которая является тайной, доступной лишь в акте общения.
В завершающей части текста автор обращается к истории философии, анализируя, как великие умы прошлого — от индуистских мудрецов и неоплатоников до Дионисия Ареопагита и Николая Кузанского — пытались подступиться к этой «бездне». Лосев критически оценивает их попытки, отмечая как глубину их интуиций, так и ограниченность их систем. Он подчеркивает, что все эти учения — лишь разные способы выражения единой истины о том, что бытие принципиально неисчерпаемо.
Книга завершается призывом к философствованию, которое не отрывается от повседневности. Лосев настаивает, что «самое само» можно увидеть не только в грандиозных метафизических построениях, но и в самых обыденных, порой «пошлых» вещах — от кухонной утвари до стоптанных галош. Философия, по его мнению, должна научиться видеть эту абсолютную индивидуальность в любой мелочи, признавая, что именно эта невыразимая тайна делает мир живым, а наше знание о нем — бесконечным процессом приближения к истине.
