Виктор Маскелл начинает вести записи после публичного разоблачения. В семьдесят с лишним лет он лишился рыцарского звания и привычного положения в обществе; дети отдалились, журналисты охотятся за подробностями, а бывшие знакомые звонят то из любопытства, то с обвинениями. Маскелл хочет восстановить правду о своей жизни, но не уверен, что способен отделить ее от очередной тщательно сыгранной роли.
Из настоящего повествование уходит в юность героя. В двадцать два года ирландец Маскелл приезжает к издателю Максу Бревурту и знакомится с его сыном Ником, будущим сэром Николасом. Вокруг них складывается компания кембриджских интеллектуалов и наследников богатых семей: среди них шумный Бой Баннистер, математик Аластер Сайкс и журналист Куэрелл. Они говорят о революции, искусстве и политике, спорят о надвигающейся войне и одновременно живут вечеринками, любовными связями и привилегиями своего круга.
Маскелл — искусствовед, для которого картины значат больше, чем украшение или статус. Найдя подлинную работу Пуссена среди забытых полотен, он испытывает почти физическое потрясение. Искусство для него — способ увидеть завершенную, самодостаточную форму. Позже этот взгляд переплетается с его политическими убеждениями: Маскелл верит, что революция освободит искусство и сделает его частью общей жизни, хотя все яснее замечает пропасть между идеалом и действительностью.
Виктор сближается с Вивьен, которую друзья зовут Крошкой, и женится на ней, несмотря на сопротивление ее матери. Их союз с самого начала непрост: Вивьен признается, что не любит его, а Маскелл все же считает, что им нужно быть вместе. Их сын рождается накануне войны. Семейная жизнь и отцовство не вытесняют прежних сомнений: герой по-прежнему ищет занятие, которое придаст его жизни смысл и избавит от ощущения, что он только наблюдает за происходящим.
Перелом наступает после знакомства с Феликсом Хартманном, связанным с советской разведкой. Хартманн предлагает Маскеллу передавать сведения о британской элите. Герой принимает предложение не как внезапное обращение в чужую веру: он уже давно марксист, но признает и более личные причины — скуку, тягу к опасности и потребность действовать. Вскоре он поступает в британскую военную разведку, рассчитывая использовать доступ к закрытой информации для Москвы.
Поездка в Советский Союз становится для него столкновением с реальной страной, не похожей на обещанный образ будущего. Маскелл видит лишения и страх, но продолжает оправдывать происходящее надеждой на перемены и выбором между Гитлером и Сталиным. Тем временем его связь с Москвой становится частью опасной двойной жизни, где друзья, идеология и личные интересы постоянно переплетаются. Теперь, оглядываясь назад и вспоминая Ника, Боя, Хартманна и Вивьен, Маскелл пытается понять, был ли он верен убеждениям или создавал красивое объяснение собственным решениям.