В конце ноября тысяча триста двадцать седьмого года францисканец Вильгельм Баскервильский и его молодой спутник Адсон прибывают в богатое аббатство на севере Италии. Вильгельм должен участвовать в переговорах о бедности Христа и положении францисканского ордена, но настоятель поручает ему еще одно дело: выяснить, как погиб молодой миниатюрист Адельм. Его тело нашли у подножия башни, и обстоятельства смерти не сходятся. Если он упал из окна, почему все окна закрыты? А если его убили, кто и зачем?
Вильгельм расследует случившееся, наблюдая за людьми и следами. Он учит Адсона читать мир как книгу, но напоминает, что знаки дают лишь предположения, пока их не проверили. Следы на снегу позволяют ему восстановить путь сбежавшей лошади; в деле Адельма он замечает оползень и сомневается, что юношу убили. Возможно, тот сам бросился со стены. Однако цепочка смертей не прерывается: вскоре находят Венанция, ученого монаха, утонувшего вниз головой в бочке со свиной кровью.
Главное место действия — Храмина, где находятся кухня, трапезная, скрипторий и библиотека. В библиотеку посторонним вход запрещен, а ее лабиринт и скрытые правила известны только библиотекарю Малахии. Одни монахи считают, что запреты оберегают книги, другие видят в них попытку удержать знания и власть. Ночные огни в окнах, слухи о видениях и тайные ходы делают библиотеку важной частью расследования. Вильгельм не спешит объяснять непонятное вмешательством дьявола и ищет проверяемые причины.
Под подозрение попадают помощник библиотекаря Беренгар, ученый Бенций и монахи, спорившие с Адельмом о книгах и рисунках на полях. Адсон узнает, что у Адельма и Беренгара были отношения, осложненные тайной, которую Беренгар мог открыть в обмен на близость. После этого Адельм исповедался Хорхе, старому слепому монаху, и, охваченный страхом и раскаянием, мог покончить с собой. Это объясняет часть событий, но не смерть Венанция и не то, что именно скрывается в библиотеке.
В центре споров — право на знание и смех. Хорхе считает, что смех обесценивает святыню и разрушает страх перед ложью; Вильгельм возражает, что шутка способна разоблачить нелепость и помочь увидеть истину. Их спор связан с исчезнувшей второй книгой «Поэтики» Аристотеля, о которой ходят разговоры, но которую никто не видел. Рисунки Адельма тоже ставят вопрос: может ли странное и смешное изображение вести к серьезному смыслу?
Расследование разворачивается на фоне конфликта папской власти, императора и францисканцев, спорящих о бедности Христа. Разговоры о еретиках показывают, как легко обвинения смешивают разные убеждения и превращают в оружие против неудобных людей. Вильгельм помнит свой опыт инквизитора и не считает признание или подозрение доказательством. Ему приходится разбираться не только в уликах, но и в том, кто вправе толковать их и решать, какие книги можно читать.