Работа Фэнган Яна представляет собой глубокое социологическое исследование религиозного ландшафта Китая в условиях правления коммунистической партии. Автор ставит фундаментальный вопрос: как религия смогла не только выжить после периода тотальных запретов «культурной революции», но и пережить стремительный расцвет в эпоху модернизации? Ян отвергает классическую теорию секуляризации, доказывая, что в китайском контексте она не работает, и предлагает вместо нее авторскую модель трех рынков: красного, черного и серого.
Красный рынок включает официально одобренные государством религиозные организации, которые вынуждены придерживаться жестких рамок и лояльности режиму. Черный рынок состоит из запрещенных групп, действующих в глубоком подполье под угрозой репрессий. Серый рынок — это самая обширная зона, где находятся религиозные и духовные практики, имеющие двусмысленный статус: от народной религии и различных форм цигун до неформальных домашних молитвенных собраний. Автор показывает, что именно эта зона является наиболее динамичной и неуправляемой для властей.
Центральная идея книги заключается в том, что китайская религиозная экономика представляет собой «экономику дефицита». Партийное государство, пытаясь ограничить предложение религиозных товаров и услуг, неизбежно сталкивается с растущим спросом, который невозможно подавить репрессиями. Ян анализирует эволюцию атеистической политики КПК — от воинствующего антирелигиозного террора до прагматичного «просвещенного» контроля — и приходит к выводу, что любая попытка жесткой регуляции лишь усложняет структуру рынка, вытесняя активность в серые и черные секторы.
Книга также затрагивает проблему «духовного пробуждения» китайского общества. Автор описывает, как на фоне разочарования в коммунистической идеологии и поиска смыслов миллионы людей обращаются к религии, будь то христианство, буддизм или народные культы. Ян подчеркивает, что даже в условиях олигополии, где государство признает лишь ограниченный список конфессий, конкуренция между ними и давление регуляций парадоксальным образом усиливают религиозную мотивацию верующих.
Финальные выводы автора указывают на то, что Китай не является уникальным исключением. Модель олигополии, где государство легализует лишь несколько избранных религий, подавляя остальные, характерна для многих стран мира. Ян убедительно доказывает, что в долгосрочной перспективе попытки подавить религию административными методами обречены на провал, а будущая либерализация религиозного рынка в Китае становится лишь вопросом времени и политической целесообразности.
