В своем эссе Ортега-и-Гассет ставит фундаментальный вопрос: что такое роман и почему именно он стал главным жанром Нового времени? Автор противопоставляет роман античному эпосу, где поэтическое содержание было неразрывно связано с мифом и идеальным прошлым. В эпосе герои — уникальные существа, а события подчинены божественной воле, тогда как роман обращается к современности, к «улице» и повседневности, которые сами по себе антипоэтичны. Ортега утверждает, что реализм в литературе — это не просто описание фактов, а сложный прием, позволяющий увидеть «материальность» вещей сквозь призму иронии.
Ключевой фигурой для автора становится Дон Кихот. Ортега видит в нем не просто безумца, а героя, чья воля к приключению сталкивается с инертной реальностью. Дон Кихот — это грань, где пересекаются два мира: мир фантазии и мир таверн, мулов и обывателей. Автор подчеркивает, что именно это столкновение порождает трагикомедию. Герой хочет быть самим собой, хочет изменить мир, но среда, в которой он живет, превращает его порывы в нелепость. Этот конфликт между идеальным стремлением и приземленной действительностью и есть суть романа как жанра.
Ортега-и-Гассет анализирует психологию читателя, который, наблюдая за приключениями, испытывает своего рода галлюцинацию, принимая вымысел за реальность. Он проводит параллель между «Дон Кихотом» и «Мадам Бовари» Флобера, отмечая, что оба произведения являются критикой идеалов. Флобер, по мнению Ортеги, доводит этот процесс до предела, используя анатомический подход к реальности. Автор критикует позитивизм XIX века, который, опираясь на детерминизм и биологию, попытался свести человека к простой реакции на среду, тем самым «убив» героя.
В финале размышлений автор подводит читателя к мысли, что искусство — это не просто отражение жизни, а способ «спасения» человека через его обстоятельства. Роман становится инструментом, который позволяет нам осознать свою жизнь как проект, как волевое усилие, даже если оно обречено на столкновение с реальностью. Ортега призывает видеть в литературе не просто развлечение, а глубокую работу духа, стремящегося преодолеть ограниченность повседневности.
