Виктор Астафьев в своем очерке разворачивает перед читателем историю льняного поля — от нежного цветения до сбора урожая, который оборачивается тяжелым и безрадостным трудом. Автор мастерски показывает, как меняется поле: из живого, дышащего покоем пространства оно превращается в объект эксплуатации, лишенный былой гармонии. Через описание процесса теребления льна городскими студентами, которые не знают ни крестьянского быта, ни элементарной сноровки, Астафьев подчеркивает разрыв между человеком и землей, ставшей для многих чужой и обременительной.
Ключевой темой становится судьба льняного промысла на Вологодчине. Автор с горечью описывает кудельные фабрики — места, где в пыли и копоти, в условиях, далеких от человеческих, происходит первичная обработка сырья. Здесь же ставится острая проблема «бросового» хозяйствования: пока отечественные производства приходят в упадок и закрываются, ценное сырье уходит за бесценок зарубежным дельцам, которые умеют извлекать прибыль из того, что мы сами не смогли сберечь или достойно переработать. Астафьев иронично и грустно рассказывает историю о вологодском знакомом, который купил в Италии дорогую рубашку, оказавшуюся сшитой из того самого льна, что был выращен и переработан в его родных краях.
В произведении тесно переплетаются лирические отступления о красоте северной природы и жесткая публицистика. Астафьев не просто фиксирует упадок деревни — он оплакивает утрату смысла труда. Старые фермы разрушаются, поля зарастают бурьяном, а на смену крестьянскому укладу приходят лишь шумные вороны да редкие случайные люди.
Автор задается вопросом, что останется от этой «вечной» земли, когда уйдет последнее поколение, знавшее цену хлеба и льна. Финал очерка пронизан щемящим чувством одиночества: поле больше не светится голубым, дорога пуста, а в памяти остаются лишь воспоминания, которые, подобно самому льну, когда-то были основой жизни, а теперь становятся лишь горьким напоминанием о безвозвратно ушедшем времени.
