В своей работе «Воля к истине» Мишель Фуко ставит под сомнение привычное понимание автора как творца и первоисточника текста. Он вводит понятие «функция-автор», рассматривая её не как биографическую реальность, а как юридический и институциональный механизм, который ограничивает и упорядочивает дискурс. Фуко показывает, что современная критика, пытаясь «обнаружить» автора, на самом деле лишь воспроизводит средневековые методы экзегезы, стремясь свести противоречия текста к единству личности писателя.
Фуко выделяет особый тип авторов — «учредителей дискурсивности», таких как Фрейд или Маркс. В отличие от авторов художественных произведений, они создали не просто книги, а правила и возможности для формирования бесконечного числа новых текстов. Фуко подчеркивает, что установление такой дискурсивности всегда гетерогенно последующим трансформациям: возвращение к истокам здесь — это не просто цитирование, а работа по преобразованию самой дисциплины, где текст автора становится первичной координатой.
Основная проблема, которую ставит автор, заключается в способах существования дискурса. Фуко утверждает, что в любом обществе производство дискурса контролируется процедурами исключения: запретами, разделением на разумное и безумное, а также волей к истине. Эти механизмы нейтрализуют опасную материальность речи, обуздывают её непредсказуемость и подчиняют её институциональным интересам. Автор призывает отказаться от поиска «изначального субъекта» и вместо этого анализировать, как субъект появляется в порядке дискурса, какие функции он выполняет и каким правилам подчиняется.
Фуко критикует традиционную историю идей, которая стремится найти «тайное ядро» смысла, и предлагает метод «археологии». Он настаивает на принципе внешнего: нужно изучать дискурс как практику, подчиняющуюся правилам образования и существования. В этом контексте «смерть автора» — это не отрицание существования человека, а отказ от наделения субъекта ролью изначального основания. Фуко предлагает рассматривать автора как переменную и сложную функцию дискурса, которая может меняться или даже исчезнуть в иных культурных условиях.
В ходе дискуссии с современниками, такими как Люсьен Гольдман и Жак Лакан, Фуко уточняет свою позицию, подчеркивая, что его анализ направлен на выявление правил функционирования знания. Он настаивает на том, что структуры не являются чем-то внешним по отношению к людям, а сами люди действуют внутри структурированных практик. Финал работы подводит к мысли, что анализ функции-автора — это лишь введение к типологии дискурсов, где главной задачей становится понимание того, как именно культура распределяет, присваивает и оценивает сказанные вещи.
