Кургинян начинает с требования смотреть на положение дел без утешительных иллюзий. Он сравнивает общественный кризис с тяжёлой болезнью: прежде чем искать выход, нужно поставить точный диагноз. Если человек воображает себя уже на вершине, он не замечает, где находится на самом деле, и не может проложить путь вверх. Признание слабости для автора не равнозначно капитуляции: оно даёт точку, от которой можно действовать.
Чтобы объяснить, почему в критической ситуации одни выдерживают удар, а другие сдаются, Кургинян вспоминает лётчика Маресьева. Люди могли оказаться в одинаковых обстоятельствах, но по-разному отвечали на них. Автор спрашивает, как сделать так, чтобы способность преодолевать испытание стала общей, а не осталась свойством отдельных героев. Его ответ связан с волей, ясным пониманием вызова и отказом от красивых образов, которые заслоняют действительность.
Далее лекции переходят от личного поведения к политике. Кургинян определяет её как управление общественной энергией и утверждает, что энергию нельзя просто устранить: оттеснённая из публичной жизни, она может вернуться в разрушительной форме. Поэтому стратегической задачей он считает изменение её качества и направления. В качестве примера управляемого конфликта автор разбирает схему, в которой третья сила провоцирует враждующие стороны на взаимные действия и тем самым разжигает столкновение. Он предлагает гражданским силам изучать факты и не давать слухам становиться поводом для эскалации.
Образ «зайчика, который должен стать ёжиком» помогает Кургиняну поставить вопрос о том, как меняется человек. Одних призывов к стойкости мало: нужны конкретные действия, шаг за шагом меняющие привычный способ жить. В пример он приводит школьного учителя из фильма «Три дня на побег»: тот готовит освобождение жены, хотя не обладает нужными навыками и понимает, насколько малы его шансы. Каждая встреча с женой яснее показывает ему, что он не может смириться с её потерей; это чувство заставляет его учиться, планировать и действовать.
Кургинян предостерегает и от убеждения, что историю целиком определяют тайные игроки. Он признаёт существование борьбы элит, но считает ошибкой сводить к ней всё происходящее: тогда обычный человек перестаёт видеть себя участником истории и заранее отказывается от действия. Историю, по его мысли, начинают двигать люди, когда их объединяет новый идеал и они берутся воплощать его в жизни. Элитная игра может использовать энергию такого движения, но не заменяет её.
Значительная часть тома посвящена спору о России, её прошлом и будущем. Кургинян отвергает расчленение страны и выступает против национализма, который, по его оценке, превращает недовольство в призыв отделить регионы. Он настаивает на единстве исторических периодов России и на ценности советского опыта. При этом автор спорит с представлением, будто развитие обязательно означает копирование западного Модерна: он отстаивает возможность альтернативного пути, связанного с гуманизмом, исторической преемственностью и новым общественным идеалом.
В лекциях о кризисе Европы и событиях в Норвегии Кургинян связывает вспышки насилия с утратой общего смысла и считает, что благополучие само по себе не даёт человеку цели. Том сводит разные темы к вопросу о том, что может заменить пассивность и разобщённость. Ответ автора — создание сообщества людей, которые понимают ситуацию, учатся действовать вместе и превращают убеждения в конкретную работу. Возможность такого поворота он считает трудной, но сохраняющейся.
