Книга Игоря Немировского — это глубокий филологический анализ того, как Пушкин конструировал свой образ в глазах современников и потомков. Автор отходит от привычного школьного восприятия поэта, предлагая рассматривать его жизнь и творчество как осознанное самоценное «жизнетворчество». В центре исследования лежат две ключевые тенденции: либертинажная, направленная на вызов социальным и религиозным нормам, и профетическая, где поэт примеряет на себя роль вестника истины и собеседника царя. Немировский детально исследует отношения Пушкина с властью, показывая, как менялось поведение поэта в зависимости от политического контекста и личных амбиций.
Автор ставит важный вопрос о том, как формировалась социальная репутация поэта. Он анализирует, как Пушкин использовал свое публичное поведение как инструмент творчества, сознательно провоцируя общество и власть. Исследование затрагивает такие острые темы, как отношение Пушкина к декабристам, его участие в «Зеленой лампе» и эволюцию его взглядов от вольнодумства к принятию николаевского режима. Немировский убедительно показывает, что даже в периоды кажущегося примирения с властью Пушкин оставался верен своей сложной внутренней логике.
Особое внимание уделено рецепции образа поэта в XIX веке. Автор прослеживает, как Гоголь и Достоевский превратили Пушкина в национального пророка, создав миф, который до сих пор во многом определяет наше восприятие. Немировский разбирает, как менялись оценки современников — от обвинений в сервилизме до обожествления, и как сам Пушкин пытался управлять этими интерпретациями через свои произведения и письма.
Книга изобилует анализом конкретных стихотворений, которые автор рассматривает не как изолированные тексты, а как звенья в цепи биографических и политических событий. Это не просто биография, а интеллектуальная реконструкция, которая помогает понять, как «либертен» превратился в «пророка» и почему этот образ оказался столь живучим. Финал исследования подводит читателя к мысли, что миф о Пушкине — это такая же часть его наследия, как и сами стихи, и что попытка отделить «человека» от «поэта» в случае с Пушкиным всегда будет неполной.
