Монография Дмитрия Токарева представляет собой глубокое филологическое исследование, посвященное сопоставлению творческих методов двух крупнейших представителей литературы абсурда — Даниила Хармса и Сэмюэля Беккета. Несмотря на то что писатели принадлежали к разным традициям и не были знакомы лично, их объединяет фундаментальное ощущение алогичности бытия и стремление выразить «ужас» перед лицом аморфной, бессознательной реальности. Автор книги детально разбирает, как в текстах Хармса и Беккета абсурд перестает быть просто комическим приемом и становится онтологической категорией.
Центральная мысль работы заключается в развенчании поверхностного понимания абсурда как «бессмыслицы». Токарев доказывает, что для обоих авторов абсурд — это не отсутствие смысла, а попытка выхода к «первой реальности» или, напротив, проект смертельного небытия, противопоставленного механистическому существованию. Исследователь прослеживает, как проза Хармса «прорастает» из его поэтических экспериментов, направленных на очищение слова и мира, и как этот процесс приводит писателя к необходимости бороться с собственным текстом, угрожающим индивидуальности автора.
Особое внимание уделено сравнительному анализу хармсовского «случая» и беккетовской трилогии. Токарев показывает, что оба писателя приходят к необходимости разрушения традиционных литературных форм. Если для Хармса абсурд — это путь к «озарению» и преодолению повседневности, то для Беккета — это способ исследования глубин языка, ведущий к его умалению и, в конечном счете, к молчанию белой страницы. Автор анализирует, как Беккет, следуя своей стратегии, стремится к «небытию» через отказ от внешнего мира и растворение «я» в аморфной массе бессознательного.
Книга затрагивает вопросы метафизики текста, теорию «правильного» и «неправильного» искусства, а также проблемы перевода и интерпретации беккетовской прозы. Токарев критически осмысляет существующие литературоведческие подходы, предлагая собственный взгляд на творчество как на способ преодоления диктата языка. Монография будет полезна специалистам по русскому авангарду, исследователям западноевропейского театра абсурда и всем, кто интересуется философскими основаниями литературы XX века. Финал исследования подводит читателя к мысли о том, что литература абсурда — это не тупик, а радикальная попытка человека осознать свое положение в мире, лишенном привычных смысловых опор.
