Жан Ледлофф отправляется в экспедиции к индейцам Южной Америки и сначала воспринимает их жизнь как часть гармоничного мира джунглей. Со временем она начинает замечать, что спокойствие и взаимная поддержка людей связаны не только с образом жизни племени, но и с тем, как здесь растят детей. Эти наблюдения становятся основой принципа преемственности — главной идеи книги.
По мысли Ледлофф, человек рождается с ожиданиями, сформированными долгой историей вида. Младенец, считает автор, ожидает постоянного контакта с телом матери и участия в жизни взрослых. В первые месяцы его носят на руках, пока взрослые работают, перемещаются и общаются. Ребёнок слышит знакомые голоса, чувствует движение и тепло, а когда ему нужна помощь, взрослые откликаются. Ледлофф называет этот этап «ручным периодом».
Автор противопоставляет этому привычки западного воспитания, при котором младенца часто оставляют в кроватке или коляске и приучают не реагировать на плач. Она объясняет разницу тем, что маленький ребёнок, по её представлению, не умеет ждать и не может успокоить себя надеждой на скорое возвращение взрослого. Когда ожидаемый контакт надолго отсутствует, плач становится сигналом неудовлетворённой потребности, а не капризом или попыткой управлять родителем.
После того как ребёнок получил достаточно опыта близости, он, согласно Ледлофф, сам начинает отходить от матери: ползает, исследует пространство и возвращается за поддержкой, когда она нужна. Автор связывает такую последовательность с растущей самостоятельностью. Взрослый не должен постоянно направлять ребёнка или вмешиваться в его занятия: важно быть доступным, но позволять малышу осваивать мир в собственном темпе.
В подтверждение Ледлофф описывает повседневность екуана. Дети участвуют в жизни общины, наблюдают за взрослыми, играют и постепенно пробуют общие занятия. Взрослые помогают, когда ребёнок просит или действительно не справляется, и, по наблюдениям автора, относятся к нему как к изначально социальному существу. Она рассказывает и о мальчике Видиди, чьё поведение отличалось от поведения других детей. Вождь Анчу спокойно давал ему пример и возможность самому выбирать, а вмешательство самой Ледлофф, когда она пыталась заставить мальчика пойти на охоту, лишь усилило его внутреннее колебание.
Из наблюдений за детьми вырастает более широкий спор с культурой, которая доверяет книжным правилам и сознательному контролю больше, чем интуиции. Ледлофф полагает, что недостаток раннего опыта может отражаться на отношениях, работе и ощущении собственного благополучия. Она связывает с ним многие взрослые тревоги и стремление искать счастье в будущих достижениях, хотя это уже широкие и спорные выводы её теории.
Книга предлагает читателю проверить, какие потребности ребёнка действительно удовлетворяются в повседневной жизни. Ледлофф возвращается к простому наблюдению: в описанных ею общинах младенец не отделён от жизни взрослых, а самостоятельность приходит постепенно, после периода надёжной близости. На этом основании автор предлагает иначе взглянуть на заботу, доверие и взросление.