Лотте Х. Эйснер исследует Фрица Ланга через его фильмы, сценарии, рабочие записи и воспоминания современников. Она сознательно отказывается превращать биографию в набор частных подробностей: сам Ланг считал, что о человеке лучше всего говорят его картины. Поэтому рядом с его автобиографией и редкими эпизодами жизни здесь прежде всего — история решений, замыслов и съёмочной практики.
Первые главы посвящены становлению режиссёра в Германии. Ланг хотел стать художником, путешествовал, жил в Париже и пришёл к кино, увидев, как Джо Май экранизировал его сценарий не так, как он представлял себе фильм. Эйснер прослеживает ранние опыты — от приключенческих «Пауков» до «Усталой Смерти», где любовь сталкивается с неумолимой смертью. Важна не только судьба героев, но и способ рассказа: тщательно выстроенные сцены, выразительный свет, зрительные рифмы и напряжение, которое растёт из самой логики действия.
В «Докторе Мабузе», «Нибелунгах» и «Метрополисе» Ланг обращается к преступной власти, мифу, технике и общественным потрясениям. Эйснер показывает, как он соединяет документальную точность с фантастикой и стилизацией, не сводясь к одному художественному направлению. Она также спорит с привычными ярлыками и отмечает, где позднейшие толкователи приписывали режиссёру намерения, которых источник не подтверждает.
Особое место занимает «М». Ланг изучал работу полиции и преступного мира, а детали повседневности превращал в драматические улики. Фильм не показывает убийство ребёнка: вместо этого мяч катится по пустырю, а шар цепляется за телеграфные провода. Эйснер связывает этот приём с мыслью Ланга о том, что зритель сам достраивает страшную сцену. Не менее важен вопрос ответственности: преступника судят, но фильм оставляет открытым спор о наказании и о том, как общественная бедность влияет на жизнь людей.
После прихода нацистов Ланг покидает Германию, а затем начинает работать в США. В «Ярости» Эйснер разбирает, как бытовая сплетня шаг за шагом превращается в самосуд: невиновного Джо Уилсона захватывает толпа, а пережитое меняет его отношение к людям. В «Живёшь только раз» похожий конфликт проходит через судьбу бывшего заключённого Эдди и его жены Джо: общественное недоверие и ошибки правосудия всё теснее загоняют их в ловушку. Дальнейшие главы рассматривают вестерны и другие американские фильмы, где Ланг исследует вину, справедливость и цену выбора.
В заключительной части Эйснер обращается к позднему возвращению режиссёра в Германию. Сквозь разные страны и жанры она находит повторяющиеся вопросы, но не объявляет их простой формулой: каждый фильм, по словам Ланга, требует собственного стиля. Книга показывает мастера, который заранее продумывал детали, требовал от съёмочной группы точности и при этом постоянно искал, как сделать изображение убедительным и живым.