Барбара Энгель рассматривает российскую историю через опыт женщин разных сословий, народов и эпох. Она показывает, что единой «женской судьбы» не существовало: положение женщины зависело и от пола, и от происхождения, достатка, веры и места жизни. При этом семейные обязанности, материнство и домашний труд долго оставались общей основой жизни для большинства.
Петровские реформы изменили прежде всего жизнь знати. Женщин высшего общества вывели из теремов, заставили участвовать в ассамблеях и приобщили к новым представлениям об образовании и браке. Екатерина Великая открыла Смольный институт, а дворянки получили больше возможностей владеть имуществом и управлять поместьями. Но перемены не упразднили патриархат: мужья сохраняли власть в семье, а образование женщин во многом оправдывали их будущей ролью матерей и воспитательниц.
Для крестьянок и горожанок повседневность менялась медленнее. Их труд поддерживал хозяйство, а брак часто устраивали родители, помещики или община, заинтересованные в рабочей силе и достатке семьи. Крепостное право усиливало зависимость женщин и делало их уязвимыми перед насилием и эксплуатацией. Позднее крестьянки стали уезжать на заработки: город давал им деньги и новые навыки, но тяжёлые условия труда и контроль над женской сексуальностью никуда не исчезали.
Во второй половине XIX века реформы, отмена крепостного права и общественные дискуссии о «женском вопросе» открыли женщинам доступ к гимназиям, курсам и некоторым профессиям. Софья Суслова получила медицинскую степень в Цюрихе; другие женщины добивались права учиться, работать врачами и учительницами. Одни стремились служить обществу через образование и благотворительность, другие вступали в революционное движение. В обоих случаях многие опирались на идеал самоотверженного служения, даже когда отвергали традиционные семейные роли.
После убийства Александра II власти ограничили женское образование, однако спрос на него продолжал расти. Индустриализация и городская культура расширяли круг возможностей: женщины зарабатывали, участвовали в общественных организациях и всё чаще требовали права самостоятельно распоряжаться своей жизнью. Евдокия Куликова, вырвавшаяся из несчастливого брака и ставшая швеёй, показывает, как заработок мог дать женщине опору — хотя для права жить отдельно ей всё равно пришлось обращаться к властям.
Революция 1905 года вывела женщин на митинги и забастовки и дала импульс феминистским организациям, требовавшим избирательных и трудовых прав. Союзы женщин поддерживали работниц и пытались объединить людей разных сословий, но мужчины получили политический голос, а женщины — нет. Энгель прослеживает не прямое движение к освобождению, а череду перемен, сопротивления и ограничений: новые возможности меняли жизнь женщин, но их доступность зависела от положения и исторических обстоятельств.
