Стивен Хокинг начинает с вопроса, откуда мы знаем, как устроена Вселенная. История науки показывает: убедительная картина мира складывается не из интуиции, а из моделей, которые объясняют наблюдения и позволяют проверять предсказания. Так представление о Земле как центре космоса уступило место модели Коперника, когда наблюдения Галилея и расчёты Кеплера дали более простое и точное объяснение движению небесных тел.
Переход от ньютоновской физики к теории относительности меняет понимание пространства и времени. Скорость света одинакова для разных наблюдателей, поэтому абсолютного времени нет: измерения зависят от движения и положения наблюдателя. В общей теории относительности гравитация связана с искривлением пространства-времени, а движение планет и света определяется этой геометрией.
Наблюдения Хаббла показали, что далёкие галактики удаляются, причём более далёкие — быстрее. Значит, Вселенная расширяется, а в прошлом расстояния между галактиками были меньше. Микроволновое фоновое излучение и его небольшие колебания поддерживают картину горячей ранней Вселенной. Однако вопрос о том, что происходило у самого начала, требует теории, способной объединить гравитацию и квантовую механику.
Хокинг объясняет, почему старые научные теории остаются полезными, даже когда у них обнаруживаются пределы. Ньютоновская теория хорошо предсказывает обычное движение, но не описывает все наблюдения с той точностью, которую даёт теория Эйнштейна. Квантовая механика, в свою очередь, заменяет точное предсказание отдельного результата вероятностями. Её принцип неопределённости ограничивает точность, с которой можно одновременно знать положение и скорость частицы.
От этих идей автор переходит к звёздам и чёрным дырам. Пока термоядерные реакции создают давление, противостоящее гравитации, звезда сохраняет устойчивость. Когда топливо заканчивается, судьба звезды зависит от её массы: некоторые звёзды становятся белыми карликами или нейтронными звёздами, а достаточно массивные могут продолжить сжиматься. Если возникает горизонт событий, свет и другие сигналы уже не могут выйти наружу, и для далёкого наблюдателя область становится чёрной дырой.
Квантовые эффекты меняют привычное представление о полной темноте чёрной дыры. Хокинг выводит, что она может испускать излучение, терять массу и со временем испаряться. Этот вывод соединяет общую теорию относительности с квантовой механикой и ставит вопрос о судьбе информации, попавшей за горизонт событий. Автор также разбирает возможные модели ранней Вселенной и объясняет, почему наблюдаемая однородность и существование галактик требуют учитывать её начальные условия.
В главе о стреле времени Хокинг связывает направление, в котором мы помним события, с ростом энтропии — мерой беспорядка. На примере разбитой чашки он показывает разницу между законами физики, которые в принципе не выделяют прошлое и будущее, и повседневным опытом, где осколки сами не собираются обратно. Завершает книгу обсуждение кротовых нор и путешествий во времени: уравнения допускают необычные возможности, но их существование и практическая осуществимость остаются открытыми вопросами.