Спенсер Уэллс предлагает читать историю человечества по генетическим различиям. Совпадения в ДНК мало говорят о родстве: сведения дают мутации, которые накапливаются и передаются потомкам. Сопоставляя эти маркеры у современных людей, исследователь может выстроить родословные линии, оценить их возраст и проследить древние перемещения популяций.
В начале книги Уэллс разбирает, что генетика говорит о человеческом разнообразии. Исследование Ричарда Левонтина показало: около восьмидесяти пяти процентов генетических различий приходится на людей внутри популяций, а различия между условными расами составляют лишь небольшую долю. Внешние признаки поэтому не подтверждают представление о человечестве как о наборе отдельных биологических подвидов. При этом генетические маркеры всё же сохраняют слабые сигналы географического происхождения.
Данные митохондриальной ДНК и Y-хромосомы ведут к общим предкам, жившим в Африке. «Митохондриальная Ева» — не единственная женщина своего времени, а предок, чья материнская линия дожила до наших дней; женские линии других современников со временем пресеклись. То же ограничение относится к Y-хромосомному Адаму. Эти люди жили в разные эпохи, а их находка не означает, что тогда существовал лишь один мужчина или одна женщина.
Генетические свидетельства Уэллс сопоставляет с ископаемыми останками. Данные ДНК указывают на сравнительно недавнее африканское происхождение Homo sapiens и не поддерживают теорию, что современные человеческие популяции независимо произошли от местных Homo erectus в разных регионах. Анализ неандертальской ДНК также показывает, что неандертальцы были отдельной древней линией. Автор обсуждает их исчезновение после появления современных людей в Европе, однако признаёт, что прямых свидетельств масштабного истребления нет.
Затем повествование следует за миграциями. Часть людей, по реконструкции Уэллса, могла выйти из Африки вдоль южного побережья Азии и достичь Австралии. Генетические маркеры прибрежных линий встречаются в Южной и Восточной Азии и у австралийских аборигенов; климатические данные и ранние находки в Австралии согласуются с таким маршрутом. Археологических следов пути пока мало: древние береговые стоянки могли оказаться под водой из-за подъёма уровня моря.
Другая волна миграции прошла через Северо-Восточную Африку и Левант. Оттуда потомки людей с маркерами M89 и M9 распространялись по Евразии: одни направились в Индию, другие — в Центральную Азию и Восточную Азию. Генетические линии M45 и M173 связывают часть первых европейцев с центральноазиатскими степями. Уэллс объясняет скорость и направление этих перемещений климатом, доступностью пищи и тем, как люди приспосабливались к новым условиям.
Последний крупный маршрут ведёт в Америку. Генетические данные связывают коренных американцев с населением Сибири, а маркеры M242 и M3 помогают восстановить путь через Берингию. По версии автора, переселение стало возможным в конце ледникового периода, когда ледяные барьеры отступили. По всей книге генетические реконструкции соседствуют с оговорками: отдельный маркер не даёт полной картины, даты приблизительны, а выводы становятся убедительнее, когда согласуются с археологией, климатом и языковыми данными.
