В книгу вошли произведения Бориса Божнева, написанные в Париже 1920-х годов — время, когда поэт активно участвовал в жизни эмигрантской литературной среды, общаясь с авангардистами и сюрреалистами. Божнев предстает здесь как поэт «большого города», чье творчество пронизано бодлеровскими мотивами и верленовской музыкальностью. Его лирический герой — свидетель общественных потрясений, человек, инфицированный суетой метрополии, который пытается осмыслить свое место в мире через призму кризиса сознания.
Автор ставит перед собой сложную задачу: найти поэтическую красоту в повседневности, в пустяках и даже в том, что кажется недостойным или отвратительным. Его муза балансирует между всеотрицанием и всеприятием, превращая враждебный окружающий мир в неиссякаемый источник вдохновения. В стихах Божнева отчетливо слышны отголоски русской философской лирики, переплетенные с парижским бытом.
Ключевой темой сборника становится «борьба за несуществованье» — попытка поэта отстраниться от неприятной ему реальности, сохранив при этом остроту восприятия. В текстах часто возникают образы смерти, одиночества и хрупкости человеческого бытия, которые соседствуют с восхищением перед простыми вещами. Поэт мастерски использует метафоры, превращая привычные предметы в символы экзистенциального поиска.
Особое место в книге занимают циклы, посвященные памяти Александра Блока и размышлениям о судьбе поэта в изгнании. Божнев не просто фиксирует свои переживания, он конструирует сложную систему образов, где «фонтан» становится метафорой творческого акта, а «шахматная доска» — моделью мироздания. Его поэзия — это попытка примирить хаос жизни с гармонией слова.
Издание включает как уже известные тексты, так и произведения, публикуемые впервые по автографам из архивов ИМЛИ РАН. Это позволяет увидеть эволюцию поэта, его переход от авангардных экспериментов к более строгим и классическим формам. Финал сборника мягко подводит читателя к мысли о том, что поэзия остается единственным способом преодоления времени и забвения, превращая личный опыт автора в общечеловеческое достояние.
