Ломброзо стремится объяснить преступность через совокупность факторов. Он рассматривает климат и времена года, плотность населения, питание, алкоголь, образование, бедность, семейную среду и наследственность. Его тезис в том, что преступление нельзя свести к одному мотиву: статистические связи меняются в зависимости от вида правонарушения и условий жизни.
В первых главах автор сопоставляет преступления с температурой, рельефом и географией. Он замечает, что в приведённых им данных убийства и насилия чаще приходятся на тёплые месяцы, тогда как кражи зимой связывает с ростом нужд и нехваткой средств. При этом он признаёт исключения и отмечает, что экономические и политические условия могут ослаблять влияние климата.
Затем Ломброзо описывает, как меняется преступность с развитием общества. В его схеме насильственные преступления соседствуют с более скрытыми способами наживы: обманом, подлогом и финансовыми махинациями. Большие города, по его мнению, создают новые возможности для преступлений и затрудняют их раскрытие. Он также рассматривает тюрьмы и предупреждает, что совместное содержание заключённых может укреплять преступные связи.
Отдельная линия книги посвящена алкоголю. Ломброзо связывает опьянение с ослаблением самоконтроля и ростом вспышек насилия, а хроническое пьянство — с бедностью, болезнями и семейными проблемами. В подтверждение он приводит статистику, наблюдения в тюрьмах и отдельные случаи. Однако даже в этих главах речь идёт не об одной причине: автор учитывает другие обстоятельства и допускает, что связь между алкоголем и разными видами преступлений неодинакова.
Рассматривая образование, Ломброзо спорит с представлением, будто грамотность автоматически устраняет преступность. Он утверждает, что при ограниченном распространении школ некоторые виды правонарушений могут учащаться, тогда как широкое образование, по его данным, уменьшает тяжкие преступления и меняет их характер. Неграмотным он приписывает более грубые преступления, образованным — подлоги и хищения. Эта статистика служит для него доводом, что просвещение действует не одинаково на всех и зависит от его доступности.
Главный предмет «Преступного человека» — попытка установить, можно ли распознать склонность к преступлению по телу и наследственности. Ломброзо измеряет черепа и лица заключённых, сопоставляет их с данными о семье и поведении, а также выделяет предполагаемые типы преступников. Он приводит многочисленные случаи и статистические ряды, но часто делает из них выводы, которые сегодня выглядят необоснованными и предвзятыми. В позднейших главах спор вокруг его теории становится частью самого исследования: Ломброзо защищает свой метод и отвечает критикам, а читатель видит, как формировалась ранняя криминальная антропология и где её объяснения сталкиваются с пределами доказательств.