Книга соединяет семейные воспоминания Дэвида Рокфеллера с рассказом о его карьере и переменах в мировой экономике. В начале антологии редакционный текст обобщает взгляды на Бильдербергскую группу и влияние фондов, банков и экспертных кругов. Мемуарная часть предлагает другой ракурс: Рокфеллер описывает семейную историю и собственное участие в бизнесе, благотворительности и международной политике.
Дед автора, Джон Д. Рокфеллер, создал Standard Oil в эпоху, когда нефтяной рынок был нестабильным и расточительным. Внук признаёт, что компания стала монополией, но подчёркивает, что её масштаб позволил снижать цены, вкладывать средства в технологии и объединить добычу, переработку и сбыт. Он также рассказывает о благотворительной деятельности деда: тот стремился не только помогать отдельным людям, но и поддерживать исследования, образование и борьбу с болезнями.
Сам Дэвид сначала изучал экономику, затем работал в мэрии Нью-Йорка и во время войны занимался вопросами жилья для работников оборонной промышленности. В тысяча девятьсот сорок шестом году он пришёл в Chase Bank. Банк был силён в кредитовании американских корпораций, но автор видел его слабость в ограниченной международной сети и старой системе управления. Его соперничество с президентом банка Джорджем Чемпионом стало спором о будущем: сосредоточиться на привычном внутреннем бизнесе или расширять услуги и присутствие за рубежом.
Рокфеллер добивался перемен на практике. В Латинской Америке Chase стал кредитовать местных предпринимателей и правительства, а затем создавал совместные предприятия с местными банками. В Европе и Азии банк открывал отделения и приобретал доли в финансовых организациях. Автор объясняет эту стратегию потребностями клиентов: американские компании выходили на новые рынки и хотели получать банковские услуги там же, где вели бизнес. Одних краткосрочных займов для торговли уже не хватало.
Важной частью мемуаров становятся встречи с руководителями стран, политические системы которых автор не одобрял. В беседе с Никитой Хрущёвым Рокфеллер спорит о Кубе, Вьетнаме и причинах революций, но считает сам диалог полезным. Позже он участвует в Дартмутских встречах, где американские и советские представители переходят от идеологических речей к обсуждению конкретных тем. По его оценке, такие разговоры не меняли ход истории сами по себе, но помогали сторонам точнее понимать друг друга.
Похожая логика проявляется в его отношениях с Китаем и странами Ближнего Востока. В тысяча девятьсот семьдесят третьем году Chase становится первым американским корреспондентским банком Банка Китая. В Египте Рокфеллер поддерживает создание совместного банка и стремится сохранять деловые отношения одновременно с Израилем и арабскими государствами. Он описывает и цену такой позиции: угрозы бойкота, публичную критику и необходимость объяснять, почему банковские связи могут пережить политическую вражду.
Отдельная линия книги — нефтяной кризис тысяча девятьсот семьдесят третьего года. После резкого роста цен доходы стран-экспортёров нефти увеличились, тогда как импортёрам стало трудно оплачивать поставки. Chase и другие международные банки принимали нефтедоллары и выдавали займы компаниям и государствам, возвращая капитал в мировую торговлю. Рокфеллер считает, что это помогло избежать более глубокого финансового обвала, но подчёркивает предел банковских решений: устойчивый выход требовал также действий правительств.
Мемуары завершают широкий портрет банкира, для которого глобализация складывалась из расширения финансовых сетей, личных контактов и переговоров через политические границы. Автор рассказывает о своих успехах и ошибках, не скрывая конфликтов и ограничений этой стратегии. Его опыт показывает, как частный банк пытался влиять на международные связи, оставаясь зависимым от решений государств и последствий кризисов.
